Sevpolitforum.info

По его словам, Киев иногда ждал от Варшавы того, на что она «не могла согласиться». Речь идет в том числе о «немного странной концепции» втягивания Польши в конфликт «даже путем создания единого государства», уточнил политик.

«Выступление [президента Украины Владимира] Зеленского в сейме как раз и шло в этом направлении. Кроме того, речь шла и о вступлении в НАТО, они, видимо, полагали, что подобные цели можно достичь, но в этом я не уверен», — заявил Качиньский.

До этого Ярослав Качиньский в письме к членам партии «Право и справедливость» призвал их блокировать членство Украины в Евросоюзе, пока Киев не изменит свою политику в отношении «культа Бандеры и других преступников, прославления УПА (организация запрещена в России) и ОУН» (организация запрещена в России).

Находящиеся в Польше украинцы все чаще жалуются на травлю и боятся разговаривать на родном языке в публичных местах. Об этом сообщила замруководителя офиса президента Украины Ирина Верещук. По ее словам, с буллингом сталкиваются даже молодые девушки и юноши в учебных заведениях.

Слова Верещук подтверждаются инцидентами, которые разлетелись по соцсетям. Так, на одном из роликов, снятом в городе Бельско-Бяла, 54-летний мужчина в автобусе публично обругал двух 11-летних украинских подростков. После того, как видео попало в Сеть, полиция задержала обидчика и предъявила ему уголовные обвинения в оскорблении по национальному признаку.

Украинские власти заверяют, что польские силовики оперативно реагируют на подобные случаи. Для расследования преступлений на национальной почве даже создан специальный департамент в структуре МВД страны.

Что любопытно, пока в Сети «гуляют» подобные видеоролики, польские социологи фиксируют ухудшение общественного мнения местного населения по отношению к приезжим. Также растет число резонансных нападений и оскорблений на языковой почве в польском транспорте в течение этого года.

Так, согласно данным Polskie Radio и польской газеты Rzeczpospolita о динамике заявлений от украинцев о преступлениях на почве национальной ненависти, в первом полугодии 2026 года зафиксировано 180 заявлений. Это на 30% больше, чем за аналогичный период прошлого года. В 2024 году таких заявлений было 267, а в 2025-м – 275. В случае сохранения динамки к концу года число инцидентов может превысить 360.

По данным польской прокуратуры, в более чем 80% всех расследуемых дел о ксенофобии пострадавшими являются именно украинцы. Как заявляет Anadolu Agency, за последние два года количество угроз выросло на 50%, оскорблений – на 70%, а физических нападений – на 66%. Полиция уточняет, что речь идет именно о поданных заявлениях (некоторые из них еще расследуются), однако тренд очевиден.

Согласно исследованиям социологов, вопросы льгот, миграции и исторической памяти (например, дискуссии вокруг Волынской трагедии) стали активно использоваться правыми польскими партиями в межпартийной борьбе. При этом часть польского общества испытывает усталость от затянувшегося присутствия миллионов беженцев из соседней страны.

По данным польского Института международных отношений, в соцсетях фиксируется колоссальный всплеск (более чем на 170%) скоординированных антиукраинских постов, направленных на искусственное разжигание вражды между поляками и украинцами.

В конце июля премьер-министр Дональд Туск жестко осудил нападения на украинцев. Он подчеркнул, что любые политические споры между Варшавой и Киевом не должны перерастать в агрессию против обычных людей на улицах, и призвал правоохранительные органы действовать максимально решительно.

В свою очередь, польское издание Gazeta Wyborcza опубликовало масштабное расследование об ультраправом движении «Гражданский патруль». По имеющимся данным, радикалы обсуждали создание «групп быстрого реагирования», которые должны выслеживать иностранцев на улицах и оперативно выезжать на «вызовы» участников сети. Основным объектом агрессивных дискуссий на съезде стали именно украинцы. Звучали ксенофобские заявления о том, что беженцы «неблагодарны», «не умеют себя вести» и «готовят заговоры в лесах».

Впрочем, не только поляки негативно относятся к украинским беженцам. Так, глава немецкого МИД Иоганн Вадефуль в интервью газете Bild согласился с призывами ряда политиков о том, что украинские мужчины призывного возраста, находящиеся в Германии, должны вернуться на родину для прохождения военной службы.

Чиновник предлагает использовать базы данных немецких властей для поиска военнообязанных украинцев: «Мы знаем, кто здесь живет. Например, кто получает социальные пособия, кто здесь зарегистрирован и имеет вид на жительство».

По его мнению, Германия может передать эти сведения Киеву, чтобы украинское правительство могло напрямую связаться с мужчинами и поставить их на воинский учет.

Это заявление продолжило общую тенденцию изменения политики Берлина в отношении украинских беженцев. В конце июля Германия ввела жесткое ограничение: вновь прибывающие в страну украинские мужчины в возрасте от 23 до 60 лет больше не получают автоматическую временную защиту, если не могут доказать законность своего выезда или выполнение воинских обязанностей. По мнению экспертов,


негативное отношение польского общества к украинцам имеет несколько измерений.


Первое – политическое. «Ранее данное мировоззрение фигурировало преимущественно в риторике националистических движений. Однако теперь его подхватывают партии, близкие к правому центру и представленные по всей стране», – объясняет полонист Станислав Стремидловский.

По его словам, пока проблематика фиксируется лишь на уровне риторики, а организованного преследования украинцев нет. Тем не менее бытовое раздражение действительно имеет место.

«Оно существует. Но дело в том, что оно не столько растет само по себе, сколько чаще начинает фигурировать в публичном пространстве. По меньшей мере, об этом пишут СМИ», – продолжает аналитик.

При этом, подчеркивает спикер, польская полиция и прокуратура продолжают следить за фактами оскорблений и избиений по национальному признаку – это административные и уголовные статьи. «Надо признать, что украинец, которого обругали или ударили в трамвае, имеет больше шансов добиться возбуждения дела, чем поляк, пострадавший от аналогичных действий со стороны украинца», – полагает политолог.

Что касается «Гражданского патруля», заявляющего о двух тысячах патрулирований и планах по «гражданским задержаниям», то это скорее «самореклама загадочной организации». «Есть серьезные сомнения, что у нее действительно две тысячи активистов и она способна проводить реальные патрулирования. Громкие цифры – элемент самопрезентации», – предположил политолог.

Специалист обращает внимание – рост антиукраинских настроений в Восточной Европе является частью более широкой тенденции. По мнению спикера, европейская солидарность направлена в первую очередь на руководство в Киеве и лишь во вторую – на саму Украину.


«Украинские беженцы – это обычные эмигранты, выехавшие из своей страны. Чем они принципиально отличаются от афганцев или сирийцев? Почему к ним должно быть особое отношение? Да, оно было, пока находились деньги на пособия и обустройство. Но ресурс исчерпан: погостили – хватит, пора ехать домой»,


– пояснил Стремидловский. В свою очередь, ведущий научный сотрудник Института стран СНГ Александр Дудчак подчеркивает, что ситуация с украинскими мужчинами призывного возраста, фактически оказавшимися в ловушке между ТЦК на родине, травлей в Польше и угрозой выдачи в Германии, имеет очевидное объяснение.

«Европа всегда подходила к украинским беженцам прагматично: пока были деньги из ЕС – их принимали и содержали, как только ресурс иссяк – вспомнили про бандеровщину. Тех, кто ведет себя тихо, не ходит на митинги и выучил местный язык, возможно, и оставят. Остальные уже сейчас ищут новые маршруты – из Польши в Чехию, Словакию. Но и там перспективы туманны», – пояснил эксперт.

Заявление главы МИД Германии о возможной выдаче украинских мужчин – это пока лишь мнение одного министра, которое не перешло в практическую плоскость. Однако сам факт обсуждения показателен: в Берлине думают, что делать дальше.

«Проблема нехватки живой силы в ВСУ стоит достаточно остро, несмотря на бравурные заявления Зеленского. Нужны сотни тысяч солдат, и европейские политики открыто рассуждают о том, чтобы отправить в окопы не своих граждан, а украинцев, нашедших убежище на Западе», – добавил Дудчак.

Корень проблемы оказывается еще глубже. Политолог назвал украинцев заложниками геополитических стратегий. Речь не только о тех, кто выехал. «Запад руками киевских властей проводит откровенный геноцид против населения Украины. Цель – сократить численность людей на территории, которую они считают своей и готовятся использовать после завершения боевых действий. Оставшиеся под контролем Киева миллионы человек для них лишние», – сказал эксперт.

По его словам, деиндустриализированная страна не нуждается в таком населении, а сами украинцы воспринимаются исключительно как ресурс – наряду с полезными ископаемыми.


В этой ситуации единственно правильный выбор сделали те, кто сразу, не колеблясь, переехал в Россию.


«Это общая родина с единым языком, религией, историей и уважением к подлинным героям, а не к пособникам Гитлера, которых сейчас закапывают в Киево-Печерской Лавре. По разным оценкам, в России уже живут 10-15 миллионов бывших граждан Украины. И им не нужна ассимиляция или интеграция – люди не должны себя переделывать, им даже язык менять не приходится», – рассказал собеседник.

Политолог считает, что многие украинцы тоже хотели бы уехать в Россию, но остаются на родине из-за больных родственников или иных обстоятельств. «Наша страна дает возможность работать, жить и видеть будущее своих детей, специальные организации вроде "Другой Украины" помогают переселенцам с документами и консультациями», – отметил эксперт.

Дудчак напомнил, что Запад годами твердил о правах человека и защите беженцев, «но когда речь зашла об украинцах, которых Польша травит, а Германия готова выдать на убой, все принципы были забыты».

«Европа по сути своей лжива: она нарушает собственные обязательства, как только они становятся неудобны, изобретая абсурдные обвинения против России. Той Европы, о которой мечтали – чистой, культурной, страны музыкантов, архитекторов и поэтов – давно нет. Она деградировала. Для подтверждения этого достаточно сравнить самые обычные улицы Парижа и Москвы», – подытожил политолог.

«Доброполье, за счет развитой капитальной застройки, представляет собой значимый оборонительный узел. Там есть высотные здания и промышленные объекты, которые можно использовать для размещения личного состава, хранения вооружений и боеприпасов. Контроль над населенным пунктом дает существенное преимущество», – отметил военный корреспондент Федор Громов.

По его мнению, в сообщении Минобороны России речь, скорее, идет об оперативном окружении узла обороны ВСУ. «Оформить полное окружение на текущем этапе боевых действий довольно сложно: пехотные передовые порядки значительно разрежены по сравнению с 2022–2023 годами. Если тогда один километр фронта удерживала рота – около ста человек, – то сейчас на таком участке остается всего от двух до шести бойцов. Это связано с резко возросшей активностью беспилотников с обеих сторон», – рассуждает собеседник.

Говоря о блокированных формированиях противника, военкор напомнил, что бригады национальной гвардии Украины традиционно считаются более мотивированными и отличаются лучшим снабжением по сравнению с подразделениями сухопутных войск. «Во многом это связано с тем, что украинские власти никогда полностью не доверяли армии. Именно поэтому и при Петре Порошенко (внесен в список террористов и экстремистов), а затем и при Владимире Зеленском, части Национальной гвардии укреплялись – в том числе на случай возможного армейского мятежа», – уточнил Громов.

Что касается 425-го штурмового полка «Скала», продолжил спикер, то важно учитывать его численность: «штат максимально раздут». «Фактически это мобильный резерв, который создавался, чтобы купировать продвижение наступающих российских сил. В случае прорыва на том или ином направлении им затыкают дыры: формирование постоянными контратаками сбивает темп нашего наступления и таким образом дает возможность механизированным частям восстановить оборонительную линию», – детализировал собеседник.

По его оценкам, сроки и ход уничтожения армией России блокированных в Доброполье формирований будут зависеть от действий противника. «Если он предпримет попытки контратаковать, то процесс ощутимо замедлится. При этом темпы продвижения российских войск на этом направлении вселяют оптимизм. Поэтому, вероятно, наши бойцы решат задачу быстро: речь может идти о периоде от недели до месяца», – допустил Громов.

После Доброполья ВС РФ предстоит освободить Белозерское – еще один населенный пункт с капитальной застройкой и промышленными объектами. На этом фоне заявление Минобороны о развитии наступления в направлении Александровки военкор расценивает как декларацию намерений. «Взятие Александровки под контроль важно по ряду причин. Во-первых, это позволит перерезать один из путей снабжения Славянско-Краматорской группировки противника и продолжать операцию по глубокому охвату агломерации», – считает собеседник.

«Во-вторых, поскольку Александровка находится на стыке ДНР, Харьковской и Днепропетровской областей, освобождение населенного пункта дает широкие возможности для маневра. В частности, открывается перспектива наступления на ту часть Харьковской области, которая слабо подготовлена ВСУ к обороне. В конечном счете все будет зависеть от дальнейших планов Генерального штаба», – заключил Громов.

Ранее Минобороны сообщило, что подразделения группировки войск «Центр» в результате активных и решительных действий завершили окружение крупного узла обороны ВСУ в городе Доброполье (ДНР) и развивают дальнейшее наступление в направлении Александровки.

По данным ведомства, в окружение попали подразделения 4-й и 15-й бригад национальной гвардии Украины, а также 425-го штурмового полка «Скала». Уточняется, что сейчас ведется уничтожение блокированных формирований противника.