Марина 201 Wrote:
SKAy Wrote:
Архит
У вас должен быть лидер, который попросит помощи у Путина
За всю Украину уже Янукович ведь попросил.Восток украины-это не Крым,там более все сложно
Как говорит марксистско-ленинская наука,должны быть объективные и субъективные предпосылки.То есть- соблюдение определенной процедуры и движение масс. Что и есть в Крыму. Про всю Украину такого сказать нельзя. Либо покращення ждут..либо (в большинстве своем)- тихонько по норкам. Типа- само рассосется и кто-то придет и порядок наведет. А так оно не бывает..
Quote:
Из-за полусгнившей изгороди осторожно высунулось изможденное, худое лицо, темное от въевшейся сажи. На Румату уставились испуганные, ввалившиеся глаза.
– Прощения прошу, благородный дон, и еще прошу прощения. Не скажет ли благородный дон, что в городе? Я кузнец Кикус, по прозвищу Хромач, мне в кузню идти, а я боюсь...
– Не ходи, – посоветовал Румата. – Монахи не шутят. Короля больше нет. Правит дон Рэба, епископ Святого Ордена. Так что сиди тихо.
После каждого слова кузнец торопливо кивал, глаза его наливались тоской и отчаянием.
– Орден, значит... – пробормотал он. – Ах, холера... Прошу прощения, благородный дон. Орден, стало быть... Это что же, серые или как?
– Да нет, – сказал Румата, с любопытством его разглядывая. – Серых, пожалуй, пер*били. Это монахи.
– Ух ты! – сказал кузнец. – И серых, значит, тоже... Ну и Орден! Серых пер*били – это, само собой, хорошо. Но вот насчет нас, благородный дон, как вы полагаете? Приспособимся, а? Под Орденом-то, а?
– Отчего же? – сказал Румата. – Ордену тоже пить-есть надо. Приспособитесь.
Кузнец оживился.
– И я так полагаю, что приспособимся. Я полагаю, главное – никого не трогай, и тебя не тронут, а?
Румата покачал головой.
– Ну нет, – сказал он. – Кто не трогает, тех больше всего и режут.
– И то верно, – вздохнул кузнец. – Да только куда денешься... Один ведь как перст, да восемь сопляков за штаны держатся. Эх, мать честная, хоть бы моего мастера прирезали! Он у серых в офицерах был. Как вы полагаете, благородный дон, могли его прирезать? Я ему пять золотых задолжал.
– Не знаю, – сказал Румата. – Возможно, и прирезали. Ты лучше вот о чем подумай, кузнец. Ты один как перст, да таких перстов вас в городе тысяч десять.
– Ну? – сказал кузнец.
– Вот и думай, – сердито сказал Румата и пошел дальше.
Черта с два он чего-нибудь надумает. Рано ему еще думать. А казалось бы, чего проще: десять тысяч таких молотобойцев, да в ярости, кого хочешь раздавят в лепешку. Но ярости-то у них как раз еще нет. Один страх. Каждый за себя, один бог за всех.
Это Львов:
