Глеб Бабич (Позывной Лентяй), военнослужащий ВСУ
Тексту 2 года. Они изрядно потрепали наше единство. Но, надеюсь, не изменили главного. Кое в чем я, возможно, ошибался. Но не в основном.
Почти ничего не менял — убрал пару «оттенков» 16-го.
Итак: Все, что нужно знать агрессору об Украине. Путеводитель в ад.
Я не являюсь экспертом — это частное мнение человека, который видит нынешнюю войну изнутри
На всех ее стадиях.
Я намеренно пишу этот путеводитель не для какого-то конкретного агрессора. Для любого, кто будет иметь глупость осуществить полномасштабную агрессию в отношении моей страны. Просто у кого-то меньше шансов быть вынужденным его использовать, у кого-то — значительно больше. Пусть пока это будет не путеводителем, а предостережением. Но если что…
Я пишу его, чтобы сформулировав мысли, укрепиться в том, что я и так знаю, и во что верю.
Я пишу, чтобы его прочли те соотечественники, кто разуверился, либо не верит, либо устал. Чтобы они вспомнили кто и что они. И что на самом деле в мире не все так просто, и грубая сила не самое главное. И что не надо недооценивать себя, и заранее склоняться перед настоящим или будущим врагом. Для тех, кто повторяет мантру «четыре (три, два, неделю) дня до Киева», и «против силы не попрешь».
Я пишу и для тех воинственных, кто не верит в то, что это сценарий возможен, и зовут в немедленную атаку. Чтобы примерно показать, какой ценой будет «купироваться» полноценная агрессия врага, если ее спровоцировать. И еще для тех, кто забыл, что над нами висит. И избрал путь «внутренних войн».
Я пишу, чтобы прочли те, кто до сих пор не осознал того, что происходит. И поэтому в неведении о том, что нам угрожает. Знаю, многие не дочитают до конца — много букв, и в тему углу---ся не хочется. Но для тех, кто прочтет — пишу со всем тщанием.
Но адресовано это, без сомнения агрессору. Мало того — в помощь ему. Ни дай Бог — пригодится. Итак…
Любое государство-агрессор нуждается в самостимуляции и самоподпитке. Неправедное дело требует серьезных обоснований, а обществу необходима истерическая накачка, патриотическая софистика и прочее бла-бла-бла.
Но это для стада. Пастыри, ведущие его в огонь, должны сохранять хоть подобие рассудочности и трезвости. И учитывать основные законы войны, один из которых гласит — ни в коем случае нельзя недооценивать противника! Именно для них я и пишу данное пособие.
Конечно, вы можете в очередной раз основываться на выкладках и графиках генералов, которые на пальцах, картах и ящике с песком докажут, что дойти до Киева за четыре дня, и захватить всю Украину за две недели — вообще не вопрос. Мол — только руки развяжите. И генералы знают, о чем говорят. Помнится, генералы одной очень воинственной страны уже брали мятежный город Грозный за два часа.
Я не военный эксперт. Я видел эту войну изнутри на разных стадиях, знаю, как действуют в обычных и критических ситуациях наши войска. А главное — кем становятся в ситуации «на краю» наши люди.
То, о чем я хочу сказать — не совсем вписывается в графики и диаграммы. И не всегда коррелирует с количественной составляющей. Но не учитывать описанное мной — заблуждение самоубийственное.
Попытка одолеть Украину имеет шанс на более или менее успешную реализацию только при подключении всех военных, экономических и человеческих ресурсов страны-агрессора. Как это все может происходить, и что захватчик гарантированно получит взамен?
Первое и главное: Украина — страна воинов. Украинцы — нация воинов. То, что дремлет десятилетиями, просыпается мгновенно. Формула «чем хуже — тем лучше» работает у нас более, чем на сто процентов. Мобилизация и консолидация самой активной части общества происходит быстро и сохраняет свою энергию продолжительное время. Доказательством этому служит 2014 год. В кратчайший срок возникли добробаты и волонтерское движение. Добровольцы и мобилизованные влились в почти мертвую армию, и очень скоро, на собственной крови и ошибках она стала Армией. Плохо оснащенной, никак экипированной, но настоящей, боевой армией. С нуля появилась Нацгвардия. Страна, по крайней мере, ее активная часть, стала надолго единой.
Бесполезно рассчитывать на политические распри, ошибки руководства и военного командования, разнонаправленные интересы олигархов, тотальную коррупцию и воровство. Что-то уже изменилось. А остальное полномасштабная война вынесет за скобки, поставив вопрос общего выживания. Что-то будет отброшено, уже по законам военного времени, что-то ликвидировано, что-то создано. Акценты и точки приложения силы сместятся, и окажутся там, где надо. Мы умеем сконцентрироваться и быть жесткими, когда припрет.
И не надо рассчитывать на то что «мы устали». С точки зрения более цивилизованных народов — мы не совсем правильные. Беды и трудности — наше топливо. Стоит событиям качнуться «в минус» — начинает работать мощная пружина противодействия. Распри забываются, и мы все разворачиваемся в сторону опасности и начинаем действовать. И чем больше народа затронуто лично — тем мощнее сила.
Мы как улей. Пока что его сильно толкнули, и обидчика жалят подразделения «боевых пчел». Но упаси вас Бог ворошить улей палкой, или совать туда руку! Никакое, даже самое мощное животное не может противостоять разъяренному рою.
Большинство из воевавших в период мобилизации и имеющих колоссальный опыт — вернутся сразу, и присоединяться к тем, кто не уходил совсем. У них есть ощущение незавершенного дела, и старые счеты на этой войне. Когда это произойдет — мы обопремся на мощную «приливную волну», которая быстро поднимет уровень всей системы.
Добровольческие формирования забудут разногласия с системой, отложат обиды, и снова будут на переднем крае, при (вы не поверите) полной поддержке государства.
Изменения в армии идут трудно, но они, несомненно, есть. Во всем. В уровне обеспечения и оснащения. В количестве и состоянии техники. В системах связи и разведки, и способах их применения. И, что самое главное — в обучении. Например, на стрелковую подготовку бойца в 2014 году уходило до 30 патронов. В основном из положения «лежа». Сейчас обучение идет в три этапа, достигает почти трех сотен патронов (а иногда превосходит) со стрельбой из всех положений, в движении и группой. Также и все другие программы подготовки выросли по количеству часов, километража наездов, видов упражнений и расходу боеприпасов. То есть, сейчас «базис подготовки» войск по сравнению с началом войны — многократно выше.
Наша экономика не стала военной. Но при необходимости все ее ресурсы будут максимально сконцентрированы. При пожаре уже мало кто будет обращать внимание на слезы и жадность некоторых «владельцев колодцев» — не до того будет. Воду будут брать из всех источников. И воды будет достаточно. Да и свое «ведро» принесут с каждого двора, не сомневайтесь.
Атаковать нас придется несколькими фронтами, иначе никак. То есть задействовать практически всю армию агрессора.
Имея господство в воздухе, логично подавить авиацию и средства ПВО, а после «нагибать» все находящееся на земле безнаказанно. Однако мобилизованные из «закромов» в немалом количестве разнородные средства ПВО (часто весьма почтенного возраста) включая восстановленные и разработанные, вместе с невеликой по численности, но настроенной на жесткую, и почти безнадежную драку авиацией — проделают в «крылатых рядах» агрессора ощутимую дыру. И, например, разговоры, ведущиеся у отвязанных соседей о «тренировках в Сирии» — не более, чем самоуспокоение. Пройти ПВО регулярной армии и почти беззащитных для авиации сирийцев — две большие разницы, как говорят в украинской Одессе.
Даже после расхода или подавления серьезных зенитных средств, останутся рассыпанные по войскам ПЗРК.
И даже древние ЗУшки, легко маскируемые и трудно обнаружимые станут кошмаром для всего низколетящего, оставив для маневра только верхние эшелоны неба, что ограничит возможности, и заставит применять более дорогостоящие, либо менее точные боеприпасы. Сбивать чужие «птички» будут всеми доступными средствами.
На земле, конечно, будет ад, но будет он и в небе. С каждым вылетом летчики нападающей стороны будут терять желание выполнять задачу. Думать они будут не о цели, а о смерти. Сбрасывать боезапас «в молоко», и нервно лупить по своим. Что чрезвычайно снизит их эффективность.
Применение тяжелых (стратегических) бомбардировщиков с «высокоточной» составляющей быстро закончится вместе с этими боеприпасами, и сокращением количества носителей. Которые частью будут уничтожены, частью упадут сами (как выяснилось, частая эксплуатация — худший враг авиации некоторых армий). Когда начнется использование обычных бомб и ковровых бомбардировок — агрессор станет вне закона для всего мира. Растревожен будет уже не улей, а вся пасека.
Уже идущая война держится на артиллерии. Артиллерия противника может превосходить нашу многократно. Но украинская Арта научилась стрелять с максимальной эффективностью, маневрировать, выигрывая контрбатарейное противостояние, маскироваться, перегруппировываться, собираться в кулак, и мгновенно рассыпаться в движении, уходя из под «ответки». Наша артразведка и безбашенные корректировщики на порядок превосходят по эффективности своих «конкурентов». Наши РСЗО научились работать с точностью, приближающейся к «ствольникам», умеют быть неуловимыми и оказываться там, где даже теоретически не должны оказываться «тяжелые средства». Даже массированный воздушный «прессинг» очень нескоро сможет свести весь этот потенциал к нулю. А потери артиллерии противника будут несопоставимо высоки. Даже выше, чем у всех остальных войск противника, уничтоженных в гостеприимном артиллерийском аду.
Наши танкисты вооружены, в большинстве, не новыми, но отлично изученными и простыми в использовании танками. Танковая тактика оттачивалась в тяжелых условиях начала войны. Тогда состояние техники было совсем «аховой», и ситуация, когда из трех танков полностью боеготовым был один, была обычной. За счет этого танкисты научились действовать «тем, что есть». Оказалось, что маневр, хитрость и «боевая наглость» компенсируют количество, а злость и желание выжить быстро учат точности и эффективности. Учитывая, что нынешнее состояние техники объективно лучше, а уровень обучения выше, и учитывает боевой опыт — справиться с нашими танкистами «в лоб» будет бесполезной тратой времени. Тем более, что способность и готовность работать под огнем не отработать ни на каких полигонах. Действия танков страшны сами по себе. Но танки, упорно и успешно ведущие бой «на грани безнадежности» — страшны вдвойне. Это наши танкисты доказали неоднократно. А как уютно у нас чужим танкам — спросите хотя бы у «ничьих» бурятских танкистов, занесенных на украинскую землю неизвестным гуманитарным ветром. Они расскажут, кто сможет.
Умение и искусство нашей разведки, диверсионных групп и высокомобильных подразделений вообще не прекращались оттачиваться в боевых условиях. Это действительно наша элита, заслужившая свое звание самым тяжелым и уважаемым способом. Их потенциал, опыт и возможности я даже обсуждать не стану — они вне сомнений. Агрессору необходимо учесть лишь то, что работать они будут на своей территории. То есть, противнику будет максимально мрачно. Защищать свои базы, тылы и коммуникации придется такими силами, что это будет сравнимо с еще одним фронтом. Спать агрессору придется коротко и тревожно. Часто оставаясь во сне навсегда.
Есть еще один феномен — воздушная разведка. У какой еще страны она возведена в ранг гражданского воинского движения? Это как раз яркий пример того, как слабость государства компенсирована силой и волей его народа. Какая разница агрессору, кто наведет на него смерть — дорогостоящий дрон, или маленькая птичка, управляемая вчерашним студентом? Наши глаза будут везде, мы будем знать о противнике все.
Ну и царица войны — пехота, и иже с ней. Это воины, генетическая память которых уже разбужена и воплощена в реальность. Умные, злые, хитрые, коварные, в большинстве не часто оглядывающиеся на стоящую за спиной старуху с косой. И не важно, чем конкретно они вооружены. Главное, что они знают — чтобы выжить, надо нанести врагу максимальный урон любым способом. И последние годы обогатили арсенал их умений и возможностей неимоверно. И опыт распространяется, передается и оттачивается на практике. Наши люди попробовали все способы выживания. Наши люди вспомнили, что такое при необходимости «стоять насмерть». То, что у других в памяти, легендах, книжках и фильмах, для нас — эпизоды сегодняшней жизни. И между нашим и чужим высшим опытом сейчас пропасть. Смогут ли бойцы агрессора преодолеть ее на неправедной войне? Можно попробовать — ад ждет.
В сумме, и скорее всего, завязнув в долгой мясорубке войска агрессора истощаться, встанут и будут искать предлоги и способы убраться восвояси. Но большой вопрос — как и какой ценой это удастся осуществить.
Но сила силу ломит. И может так статься, что временная военная победа будет на стороне агрессора, ибо наши силы и ресурсы не безграничны. И задавить массой, не считаясь с последствиями можно пробовать. Но будет ли это победой?
Про соотношение потерь обороняющихся и наступающих 1 к 3 придется сразу забыть. Реальные цифры потерь этой войны скрываются всеми. Но те, кто нужно — в курсе. Соотношение значительно выше и часто приближалось к нулю после знака. А нас старательно натренировали в обороне весьма настырные учителя, и соотношение мы будем только увеличивать. Да, при худшем из вариантов нас лягут десятки тысяч. Но у агрессора счет пойдет на сотни этих самых тысяч. Да, у нас будут дрогнувшие, сдавшиеся или побежавшие подразделения — это война. Но основная масса удержится, и продаст право на проход через них по самой дорогой цене. Я уже говорил — мы это все на себе протестировали, поэтому знаем, что будет. И с каждым нашим двухсотым ярость и упорство будут только расти. А воинственные крики восторга на земле нападающего быстро сменит ужас и скулеж. Бригады на кладбищах справляться не будут. Придется вспомнить про полевые крематории и вереницы рефрижераторов на железнодорожных путях, чтобы утилизировать плоды собственной глупости.
Готова ли армия агрессора самоотверженно пройти через мясорубку и умирать проклятыми по плохо понятным мотивам? Или ее придется стимулировать штрафбатами и заградотрядами?
Готово ли общество нападающей стороны кормить своими детьми не свои амбиции?
И не надо успокаивать себя сказками о том, что «мы еще даже не начинали» и «они привыкли вариться в котлах». Это мы еще не начинали. Вечно сдерживаемые всяческими «договоренностями», «перемириями». В этих самых «котлах» первого этапа, — мы больше закалялись, нежели варились. Мы еще даже не начинали. А когда начнем, потеряв все ограничения и любые надежды, кроме как на себя — мы утопим в крови любого противника. И сделаем все, чтобы большинство крови было его собственной.
Все прекрасно знают поговорку про мышь, загнанную в угол. Как предостережение. Так вот, в нашем случае прямая агрессия это попытка загнать в угол заматеревшего волка. Со всеми вытекающими последствиями.
Но даже если вы пройдете через позиции последнего подразделения — ничего не закончится. Все только начнется.
Помните сравнение с улеем? А как вам оказаться внутри него? Произошедшее затронет всех украинцев. На самом простом — кровном уровне. Тут уже будет не до того, кто и как считал «до». Большинство будет помнить то, что здесь и сейчас. Смерть знакомых и близких, разруху и унижение.
Кто-то сомневается в том, что хотя бы один процент населения Украины будет вести активные партизанские действия? А сколько это в цифрах, представляете? А масштабы подпольного противостояния и диверсионной деятельности? У вас не только земля будет гореть под ногами. Будет гореть воздух, которым вы дышите. Вода и пища станут ядом. Коммуникации, по которым вы должны будете снабжать не менее, чем миллионную оккупационную армию будут всегда парализованы. А ежедневные потери будут исчисляться десятками и сотнями.
Служба на складах боеприпасов, топлива и вооружения будет считаться адом. Служба в патрулирующих подразделениях будет считаться адом. Патрульно-постовая служба будут считаться адом. Нахождение в штабах и рядом с командным составом будет считаться адом. Короче, адом для вас будет все.
Мало того, многие, опасающиеся снабжать оружием и ресурсами государство Украина, с удовольствием будут тихо и щедро снабжать официально не существующее подполье. Как было уже много раз в недалекой истории. Наш «военторг» тоже будет изобилен. А основные ресурсы будут браться у самого агрессора. Попутно уничтожая все, что не смогли унести. Все что мы не съедим — мы обязательно понадкусываем. Вы над этим смеялись — теперь будете плакать.
Будут свои коллаборационисты, пятая колонна и свое «правительство Виши». Но вы даже не представляете, насколько этот слой будет тоньше, нежели это представляется вам сейчас. И их существование тоже будет адом.
Но и это еще не все. Наши диверсионные группы просочатся через любые заслоны на территорию агрессора. И счет их будет не на десятки, и не на сотни — на тысячи. Успешность их деятельности будет зависеть от степени «растворяемости» среди населения. Чем ближе по языку и культуре страна-агрессор — тем эффективнее будут действия и масштабней результат. Вы понимаете, о чем я?
Мы не будем воевать с гражданским населением. Нам хватит работы с инфраструктурой, военными и силовыми объектами, экономической составляющей и ресурсами. Будет останавливаться транспорт, снабжение, поставка энергоносителей. Будут гореть заводы, электростанции, скважины, трубопроводы, посевы, склады и все, что обеспечивает жизнедеятельность государства-агрессора. Все, что имеет отношение к армии — будет уничтожаться с максимальной жесткостью. Необходимые средства будут браться в ваших же банках силовыми и интеллектуальными методами. А наши (одни из лучших в мире) хакеры, рассыпанные по всему миру, прекратят хулиганить, и начнут уничтожать все, что зависит от сети «ком а ля гер».
Жизнь в стране-агрессоре, к сожалению для ее жителей, тоже станет адской. А при уже полной изоляции от остального мира (а она будет) — адской вдвойне.
Мы ничего не забудем, и за все воздадим. Некоторые говорили, что мы злопамятны, и коварны в своей мести? Окей, мы станем такими.
Я не берусь определять срок, за который агрессор, посягнувший на мою страну, похоронит себя с нашей помощью. Но, думаю, он будет невелик. И потери от этой страшной ошибки будут глобальными и необратимыми. Ослабевшие и дезорганизованные оккупационные войска при неизбежном параличе центра сбегут, бросив все. Настолько быстро и в таком количестве, насколько это будет позволено.
После чего мы начнем возрождаться. Сами, или при поддержке всего мира. А агрессор еще долго будет жить уже не в аду, но на пепелище ада. Что тоже тяжелый жр*бий. Но вытянутый добровольно.
Вот такой получился адский путеводитель для агрессора, по, в общем-то, мирной стране. Можно не верить его автору, можно верить в другое, или обратное. Я просто говорил о том, что видел, что знаю, и что чувствую сам. Это не страшилка для врага — это в большей, или меньшей степени возможный прогноз реальности. И винить нас в излишней жестокости нет смысла. Так поступит любой уважающий себя народ на нашем месте.
Вообще он написан для того, чтобы им не пользоваться. Чтобы даже повода не было. Главное, чтобы хватило на это ума.
Просто надо не лезть в наш улей.
https://inosmi.ru/military/20180403/241895118.html
