Sevpolitforum.info

Для начала вспомним "Евромайдан". Европейская мечта была основной движущей идеологемой "революции достоинства". Если говорить более конкретно, то это мечта о европейском социализме, основанная на скрытой ностальгии о социализме советском. Главная "вера", двигавшая людьми на Майдане была устроена просто: "сейчас скинем Януковича, войдем в Европу, и заживем".
Сегодня этой веры на Украине уже нет или почти нет. Стало понятно, что никто никуда Украину принимать не собирается, кормить и обеспечивать социализм — тоже. Более того, пример с Грецией, разменявшей свой суверенитет на мечту о "евросоциализме", слишком уж очевиден. Кормить не будут. Даже Грецию, не говоря уже об Украине.

Подписанное "благодаря" революции соглашение о европейской ассоциации не только не улучшило хозяйственно-экономическую жизнь, а явно ее ухудшило. Нет, конечно, основная масса верующих еще год назад в европейскую мечту никогда не признаются самим себе, что они вели себя неразумно, и их примитивно обманули. Такая степень рефлексии для обыденного сознания является запредельной и даже разрушительной. Поэтому в европейскую мечту верят все меньше, но не отвергают ее, не признаются в том, что их обманули, а превращают в фигуру умолчания.

В общем, через год после евромайдана никто (ни обманщики, ни обманутые) каяться не собираются, но и веры в светлое европейское будущее, как базового идеологического инструмента управления массами тоже больше нет.

Это прекрасно осознает украинский политикум. Европейская риторика уже почти полностью исчезла из властно-политического дискурса, или присутствует там исключительно в ритуальных функциях. "Европейская мечта" перестала выполнять функции имитатора цели, а значит и не способна больше выполнять функции управляющей идеологии. Базовый лозунг массовой революционной мотивации украинцев "Хочу кружевные трусики и в ЕС" пора списывать.

Другой движущей силой евромайдана была идея украинского национализма. Идея локальная, происхождением из Галичины, и распространить ее на всю Украину заведомо было весьма затруднительно. Эта идея внутри себя содержит мощную антироссийскую и русофобскую компоненту и именно поэтому ее активно использовали, и она даже имела и до сих пор имеет некоторый успех.

Но ее нацистское происхождение накладывает существенные ограничения на возможности ее массового использования. Кроме того, самые яркие носители этой идеи — основные боевые отряды "революции" и последующей войны на Донбассе, — становятся в принципе опасны для Порошенко.
Контроль над ними — сложная штука, их лидеров ведь можно перекупить и использовать в борьбе за власть и в борьбе за перераспределение источников дохода. Как мне кажется, нечто такое именно сейчас и происходит с самой многочисленной боевой организацией националистов "Правый сектор" (экстремистская организация, чья деятельность запрещена в России).

Чтобы сохранить власть, Порошенко необходимо уничтожить ПС или хотя бы переподчинить себе, локализовать, ограничить для начала. Решая эту задачу, ему придется ограничивать и нацистскую идеологию, которую на сегодня воплощают в себе эти батальоны. Неудобно получается: нужно ограничивать или вообще ликвидировать главных героев борьбы с Россией и с Путиным, а как продолжать войну?

В этой ситуации украинской власти все труднее будет эксплуатировать националистическую идеологию как свою и как возможную общенациональную для Украины, одновременно уничтожая ее носителей. Образы Бандеры и Шухевича, использовавшиеся как символы исходного исторического противостояния Украины и России, как сегодня вдруг выясняется, легко могут быть использованы "настоящими националистами" против самой киевской власти, как недостаточно украинской и недостаточно антироссийской.

Защищая свою власть, Порошенко вынужден будет ограничивать идеологическое использование символов украинского национализма. Кроме того, идеология украинского национализма (нацизма) имеет еще одно важное самоограничение. Она хорошо может быть использована для мотивации против чего-либо, но совсем не работает в мотивации за что-то. В ней нет никакого позитивного целеполагания, даже имитационного, как в случае с "евромечтой". Для захвата власти она пригодна, а вот для ее сохранения и воспроизводства практически нет.
В сегодняшней ситуации с "ПС" и другими нацбатальонами идеологема "Бандера придет — порядок наведет" становится антигосударственной и работающей против власти как формальной киевской, так и реальной американской.

Сегодня власть на Украине и вся система социального управления держится, и пока достаточно крепко, на одной сохранившей свою силу идее. Украина и украинцы борются на стороне США против России. Если Украина будет хорошо и преданно служить США, то вместе они, конечно, победят ненавистную Россию, и уж тогда точно наступит всем украинцам счастье.

Поскольку истинным организатором и управляющим "революцией достоинства" были США, и скрыть им этого не удалось, а также, поскольку реальная власть на Украине сегодня принадлежит США, и скрыть это тоже не возможно, то вполне логично и естественно, что население Украины сегодня связывает исключительно с США все свои надежды на лучшее будущее.

Сегодня украинцы уже почти не верят ни в европейскую мечту, ни в свой украинский национализм. У них остался единственный символ веры — "Америка с нами". Американцам для сохранения этой веры и сохранения власти в стране пришлось перейти в режим открытой колониальной администрации.

Посол США ставит на место бунтующего Коломойского. Посол едет в Мукачево поддерживать нового губернатора Москаля, посылая сигнал и "Правому сектору", и закарпатским олигархам, что "все согласовано на самом верху и бузить не следует". Посол США открыто высказывается в пользу Порошенко и против "Правого сектора". Заместитель госсекретаря и посол публично в парламенте Украины контролируют ход голосования по необходимым им формулировкам в Конституцию Украины.
И это только явные и открытые проявления реальной американской власти на Украине. Есть и много символической активности. Например, обучение украинских солдат американскими во Львовской области. Практического значения никакого, зато очень яркая демонстрация символа веры. Эта вера в Америку и ее всемогущество есть последнее идеологическое основание, которое пока еще работает и на котором держится украинский социум и власть над ним.

Пока совершенно бессмысленно указывать украинцам на их несамостоятельность, на потерю суверенитета, поскольку это именно то, чего они страстно желают и на что беззаветно надеются. Суть сделки, которую они надеются заключить с американцами, состоит в следующем: "Мы признаем американскую власть, готовы ей служить и выполнять все, что она нам прикажет. Взамен хотим, чтобы нас содержали, снабжали и отвечали вместе с нами за все, что мы будем делать по вашему приказу".

Вот тут-то и проблема. Америка не собирается нести ответственность за Украину, она собирается ею пользоваться как инструментом против России. Более того, США не собираются заключать с украинцами какую-либо сделку. Вообще никакую. Она просто невозможна.

Не может быть сделки между властвующим и подвластным. Америка не собирается платить Украине за ее использование. Совсем не собирается. Все уже оплачено за подготовку и совершение революции. Это и были реальные американские инвестиции. Теперь Украине надо отрабатывать. Украинцы пока не поняли, что, отдав свой суверенитет в руки США, они отдали им свою жизнь.

Что будет с Украиной и украинцами, когда рухнет последний символ веры "Америка с нами" и наступит жесткое идеологическое похмелье? Скорее всего, в этот момент встанет еще один классический идеологический украинский вопрос "Тату, шо цэ було?" И возможно, что тогда они способны будут услышать правдивый ответ на этот вопрос.

Дмитрий Куликов