| offline |
| 12k сообщений+ |
 |
|
Зарегистрирован: 26 мар, 2014, 15:55
Сообщения: 23465
Откуда: Амурская область, Благовещенск
|
Мне кажется, в тему.  Влад Савин. !"Це Европа!"
В холле работал телевизор. Передавали что-то из новостей -- представители ПАСЕ считают Крым неотъемлемой частью Украины, и отказываются признать результаты так называемого референдума, не соответствующего общепризнанным нормам международного права. Звук доносился приглушенно, но все слова были отчетливо слышны.
В кабинете сидела женщина, еще молодая, и одетая с претензией на достаток -- но явно опустившаяся, с усталым, испитым, ненакрашенным лицом. Она говорила, собеседник слушал. И крутился под столом незаметный магнитофон.
-Я молодая была совсем, глупая. Знаете, как тогда было в моде -- семья это пережиток, главное образование, карьера и прочая интересная жизнь. Пока родители были живы, они меня к порядку приучали. И вдруг, катастрофа, и я в свободном плавании -- нет, жилье было, и деньги на банковском счету, все в удовольствие свое.
"Всемирный Демократический фронт", это казалось так круто! За права и свободы, против диктатуры, угнетения секс-меньшинств, истребление диких животных... уже сама не помню, за что и против чего. По всему миру ездили, участвовали во всяких акциях, пикетах, были и на Болотной в Москве, и против Лукашенко в Минске. Верили, что от каждого нашего дела в мире становится чуть больше свободы и демократии. А ради этого -- стоит жить. И те, кто этого не понимают, кто утром на работу, вечером в семью -- нам казались, как глупые куры, в навозе ковыряются, не замечая, что их кто-то лишает законных прав. А мы для всего человечества живем, с великим смыслом!
И Он, сволочь... Я его слушала, и млела, видела себя подругой то ли Че Гевары, то ли Хемингуэя. Дальше, ясно, вот отчего аборт не сделала, сама уже не помню! Сын родился, крепенький такой, здоровый. Вот только звали отчего-то мы его по-разному: я - Петенька, а Он -- Петрик. Ну да, подписала я в самом начале какую-то бумажку, чисто для проформы... и ведь сколько лет жили, Петечка то у меня, то у него, кому удобнее. Конечно, не регистрировались мы -- вы еще скажете, в церкви венчались, ну кто сейчас на себя такую обузу повесит? Да вы фильмы американские гляньте, там же это обычно, мой "бывший", моя "бывшая", дети то тут, то там -- вот не помню я там нормальных семей! Разве что те, где хэппи энд и поцелуи в конце -- и то неясно, они надолго вместе останутся, или назавтра разбегутся?
И вдруг, Он при встрече мне сказал, раз мы свободные интеллегентные люди, то пора нам друг друга не стеснять, чтобы не мешать взаимному духовному росту. И вообще, нам стало друг с другом неинтересно, так что... Я говорю, ну так ты с Петенькой видется будешь иногда? А он на меня, так посмотрел, и сказал -- ты что, с дуба рухнула? Сама же подписала, что отказываешься! Так что прости, но ничего личного -- до свидания! У меня на Петрика большие планы, и ты в них не вписываешься никак.
Я ему тогда даже скандал не устроила. А просто, встала и ушла. Как оборвалось во мне что-то, был единственный и любимый, стал -- пустышка человек. Раз меня предал, ни за что, значит никто ты для меня и звать никак. Он даже не понял -- на следующий день мне звонит, и диктует, когда я Петеньку к нему привезти должна, "и только не опаздывай, у меня важная встреча", и вещи перечисляет, которые он для сына нашего покупал, и я обязана с собой, чтобы ему вернуть, "все по-честному, я на лишнее не претендую, лады?". Я трубку бросила. И не брала больше - если видела, что его номер.
А Петенька мне говорит -- мама, ты меня никому не отдашь? Дядя Ник (это он отца родного "дядей" называет) мне дорогие вещи покупает, и в Дисней-парк водил, по расписанию -- а сам он холодный и злой. Нет, говорю, не отдам никому, солнышко ты мое любимое! Обняла его, а он ко мне прижимается -- мама, ты только не обмани, а то дядя Ник часто бывает, обещает, а после объясняет, отчего не смог.
А мне повестка в суд. И тут эта, Змея! Не хочу называть эту тварь по имени, она сама говорила, кто по гороскопу -- пусть Змея и останется. Адвокат, эмансипэ, "могу пообедать с тобой во вторник на следующей неделе, а раньше прости, никак -- дела". Я и раньше была с ней знакома, ну почти что подруги, вместе по разным тусовкам бегали, после она резко в карьеру ударилась и в сторону отошла. Я к ней, конечно, чтобы помогла, проконсультировала, ну а если за мое дело возьмется, так вовсе хорошо. А она, сначала выслушала, а затем огорошила, так ты сама все подписала, выбор сделала, все по закону, что ж ты теперь хочешь?
-Да какой выбор? - отвечаю -- та бумажка, для проформы, уж не помню для чего понадобилась, ну польза там была какая-то с налогами. Я вовсе не думала, что от нее у меня могут ребенка забрать, не по совести это!
-В законе сказано: раз подписала, значит все осознавала -- говорит Змея -- как по-европейски, "закон суров, но это закон". А то, что ты говоришь, "совесть", так это называется, правовой нигилизм. Ты сама же подписала, говоря юридически, "генеральную доверенность" на сына -- так какие теперь вопросы?
-Так сын со мной хочет! Он меня любит!
-Сожалею, но юридически ребенок не является самостоятельным субъектом. Сколько-то лет назад, был заключен акт передачи, нравится это кому-то или нет. Был твоим -- теперь нет, и если сам он думает иначе, хуже лишь для него. Рекомендую тебе самой избавить его от бесполезной привязанности к тебе, так будет лучше для всех.
Это как? Петечка ко мне льнет, "мама, не отдавай меня, он злой", а мне его отталкивать, иди к нему, ты уже его а не мой, так будет лучше? А вот не отдам тебя -- чего бы ни стоило! Суд - ну пусть будет суд! А если он неправильно решит, так я до Страстбурга дойду и в ПАСЕ напишу, уж сколько я там за что-то протестовала, а за себя постараюсь!
А на суде -- как удар поддых! Обвинитель огласил -- ну не было никогда у меня странички в Фейсбуке, не могла я там писать всякое, что за Крымнаш, и что я желаю Навальному в лагере сгнить, и Макаревича осуждаю, и прочее. Это не моя страница!
-Да как же не ваша, если и фотография ваша, и ФИО, и все данные?
А это -- сами знаете. Как приняли у нас еще в прошлом году, что для этой, ювенальной юстиции, "имперские взгляды родителей есть достаточное основание для изъятия детей". И все -- распишитесь, получите копию решения!
И Он, сволочь! Подошел ко мне после, вальяжно, и сказал в коридоре:
-Порядочность мою оцени. Я ведь мог устроить, чтобы тебе руки-ноги переломали в подворотне. Или полиция бы у тебя наркоту нашла. Но мы же не мелкая шпана, а цивилизованные европейцы -- проблемы решаем строго по закону. Даю тебе еще день, с Петриком попрощаться, завтра к двенадцати сама его ко мне привезешь -- или приставы придут. Список вещей не забыла, что с ребенком вернуть должна?
Сволочь, гад! Вот не верю в твои внезапно пробудившиеся отцовские чувства! Зато вспоминаю, что было уже у нас, по новому закону "как в Европе", что и родители детей на усыновление продавать могут, сначала оформляют отказ, и тут же передача кому-то, и деньги немалые! Может, и ты такое задумал? Домой прибежала, Петечку собрала, вещи в сумки покидала -- вот что бы мне бросить все, сын дороже! Но жалко было нажитого. Уже в прихожей, с сумками и чемоданом, лишь до машины спуститься, и Петенька одетый -- как звонок в дверь. Открываю -- а там Змея стоит.
-О! Куда собралась, подруга?
-Куда угодно -- отвечаю -- но Петюню не отдам. Там, где его не заберут!
-И где же такое? - удивляется Змея -- у нас же со всем Шенгеном соглашение, отсюда запрос пошлют, и тебя в любой стране полицаи под ручки возьмут и назад депортируют. Слушай, не дури! Еще шанс есть, аппеляцию подать.
-А в Россию -- отвечаю -- тут до границы, пара часов хорошей езды. А у меня виза не кончилась еще, и сын в паспорт вписан.
И тут Змея взвилась.
-Дура, ой какая дура! - орет -- ты бы еще в Северную Корею намылилась! Да тебя же там сразу, рукавицы шить загонят, как пуси райт, за то что ты там на Болотной орала! В рашку-говняшку, ой мама, насмешила, успеть на титаник, да оттуда все умные люди бегут как перед семнадцатым годом! Там же никакого закона, полный произвол! И главное, когда Путина в Гаагу потащат, и будет в рашке наконец демократия, тебя ведь не забудут -- вон, в Штатах какого-то через сорок лет нашли и срок влепили, вот смеху, если ты из той тюрьмы прямиком в нашу угодишь! Думаешь, твоему Петечке лучше будет в русском detdome среди малолетних преступников? Или все же, с родным отцом? Дурака не валяй! Сядь пока, пальто сними, поговорим, как цивилизованные люди!
И уболтала она меня, на кухню увела, затем бутылка коньяка откуда-то появилась. И как-то размякла я, и не видела, как Змея по сотовому звонила -- помню, как появляется мой бывший (сучка эта ему дверь открывала), и с размаху влепляет мне пощечину. А Змеюка плечами пожимает -- прости, но в интересах ребенка, я не могла позволить, чтобы ты куда-то его увезла! А мой гад орет:
-Ты, ... в самом деле от меня в быдлорашу сбежать хотела? Активистка демфронта! Представляешь, что будет, если завтра это в газеты попадет? Как на тебя здесь все общество посмотрит?
И к Змее обернувшись, спрашивает -- вы подтвердите, что она это говорила? А та головой кивает, и мне -- уж прости, но было ведь, и не врать же мне, это нехорошо, бесчестно?
И потащил он Петеньку, он упирался и на меня оглядывался... а я молча сидела. Потому что рухнуло все -- ну и, в нашем кругу, прослыть "ватой", это даже не знаю, с чем сравнить. Фредик, ну который Рома Израильский, зоофилией увлекается -- так все лишь спрашивают с любопытством, про ощущения. А Цыпа-Чижик, активист за права ЛГБТ, малолеток любит, а Толстяк Троль, не знаю как в миру его зовут, этот, копрофил, ну которые дерьмо едят -- и тоже, на тусовках принимают как экзотику. Но если заклеймят "ватой", то ты полный ноль, это как каста неприкасаемых, с тобой даже заговорить на нейтральную тему предосудительно -- зато хороший тон, над тобой посмеяться, унизить, оскорбить.
Я все же назавтра к дому его пошла. Ждала долго, наконец увидела, как он с Петечкой куда-то вышел. Я к ним бросилась, до рук дошло, полицейские подбежали. А этот гад орет, уберите эту женщину, она сумасшедшая наверное, я ее не знаю. Я кричу -- Петя, сыночек! Тогда старший из полицейских спрашивает у сына моего -- малтчик, это есть твоя мама?
А Петюня на меня взглянул с ненавистью и сказал:
-Нет! Я эту тетю не знаю.
Меня в участок. А после, снова суд. Приговор, как в Европе -- мне запрещено приближаться к господам таким -то, ближе двухсот метров. И вступать с ним в любой контакт.
Три месяца прошло, как -- видите сами, взглянув на меня. Я раньше вино не особенно любила, ну приходила иногда пьяная из ночного клуба. А тут, все забыть старалась, те последние слова и взгляд сыночка моего. Несколько раз, не сдержавшись, приходила, и сама смотрела издали, и соседей выспрашивала -- нет нигде Петеньки, пропал!
И вот, Змеюка приперлась! Вошла, по деловому, брезгливо квартиру оглядела, напротив меня села, и сказала:
-Распустилась ты, подруга! Ладно, встрепенись, отряхнись, и давай дальше, по жизни, поскакали!
И кидает на стол конверт, там десять тысяч евро.
-Твоя доля. Уж прости, что мало -- но я все провернула, так что мне по справедливости, основной процент. От своего и отдаю -- щедрость оцени.
И стала говорить. Такое -- что хоть в голивуд с ужасами снимать! Есть оказывается, в Германии какой-то олигарх, миллиардер, у которого сын-наследник, маленький, а уже безнадежно больной какой-то редкой болезнью. И спасти его лишь пересадка органов могла -- но не от каждого, а при максимальной совместимости.
-Как я на этого козла вышла, подруга, это к делу не относится. И уж прости, ничего личного -- бизнес. Я у всех знакомых, у кого дети подходящего возраста, пробы на ДНК незаметно собирала -- слюну там, кровь, еще что. Ребенок ведь должен быть здоровым, не от алкашей? И так карта легла, что твой оказался самым подходящим. Бывший твой отнесся с полным пониманием, как деловой человек -- а с тобой ясно было, что не согласишься, ну и пришлось...
Это что ж, Петеньку моего -- на запчасти разобрали?! И этот гад, мой бывший -- все знал?!
-Зачем я это тебе рассказываю, подруга? Для твоей же пользы! Ты пойми, что в нас от совка еще быдлота сидит, не оторвать! А в Европе просто: что законом дозволено, то можно, и нормально! Так и тут -- все официально было, по закону, никакого криминала! Если ребенок, с юридической точки зрения, пока лишь заготовка человека, в полной собственности уполномоченного родителя, и может в этом качестве быть объектом сделки. Дура, я ж тебя жизни учу! Современный свободный человек атомарен -- и если сходится с кем-то, то лишь по своему и взаимному интересу! А все эти утю-тюти, в жизни реально мешают, вяжут по рукам и ногам! Жить надо проще, жить надо веселее, жить надо для себя! Так что, подруга, отряхнись, забудь, и начни жизнь с чистого листа, этих денег тебе хватит, подняться. Скажешь, мало -- ну так тебе просто с неба свалились -- а мне, знаешь, какого труда стоило обеспечить, чтобы этот немец нас не кинул, честно расплатился? А постараться, чтобы твой бывший не решил, что на одного делить выгоднее, чем на двоих? Жизнь ведь такая -- только зазеваешься, обжулят, и как звать не спросят.
И тогда я схватила нож -- да, господин следователь, золинген, из кухонного набора. Нет, я не считала число ударов, била как в иссуплении. Сколько -- пятьдесят четыре -- ну значит, так и есть. Помню, кровью залито было все вокруг.
Она лишь крикнуть успела:
-Я тебя пожалела... дура... пришла.
Нет, я ни о чем не жалею. Разве лишь - что до моего бывшего не доберусь. Да, записано верно, господин следователь -- где подписать?
В холле продолжал бубнить телевизор - "ПАСЕ убеждено, что европейские ценности должны стать основным законом для всего мира".
В кабинет вошел вызванный конвой. И еще. Тот же автор. "Ироям слава!" Митяй Пащенко хотел быть похожим на крутого американского копа.
Стальной взгляд, железный кулак, меткий кольт - как Чак Норрис из фильма, смотренного десятки раз, чтобы копировать манеры, жесты, походку кумира. Еще крутейший джип с сиреной и мигалкой, собственный дом из десяти комнат, где ждет голливудская красотка-жена. Красивая форма, и блестящий значок. С надписью "защищать справедливость", или что-то в этом духе.
Вот только мечта пока была недостижимой, поскольку Пащенко служил не рейнджером в Техасе, а в милиции провинциального украинского города, областного промышленного центра, но все ж даже не Киева. Пребывал в невысоком чине старлея, со всеми шансами прозябать в нем до пенсии. Жена Верка, когда-то очень даже ничего из себя, после родов расплылась до внешности совсем не голливудской. Квартира, малогабаритная двушка в "хрущобе", была откровенно тесной и неуютной. Машина, старая "девятка", больше стояла в ремонте, чем ездила... а начальник, майор Кобыла, уже третью иномарку сменил, "рено" на "мерседес", сволочь! Зарплата была явно недостаточной. И не наблюдалось никаких перспектив что-то изменить!
А тут еще эти, майданутые! Митяй вовсе не был фанатиком "за ридну самостийну", но здраво рассуждал, что против ветра не плюют, а против политической линии не выступают - а не то еще и крайним окажешься, как беркутовцы на Майдане. А если обвинят в "неукраинскости", и как это сейчас называется, люстрируют, а попросту выкинут с работы, куда тогда идти? Да и не возьмут еще, с клеймом! Политика проклятая - сейчас не поймешь, кого хватать! Вот, понаехали тут, морды самые уголовные, кто-то и в наколках весь, явно "контингент" - а ходят группами, нацепив желто-синие повязки, и цепляются к прохожим, смотрят, кто тут Украину не любит. Крикнут, героям слава, а ты отчего не кричишь в ответ? А отчего у тебя морда на москаля похожа, ты на мове нашей говоришь? Бей колорада, хлопцы! И попробуй тут, вмешайся -еще и тебе морду набьют, без всякого уважения к милицейскому мундиру. И ничего им за это не будет, патриоты ведь!
Слава богу, у нас не Донецк, и даже не Запорожье! Но и не ярая западенщина, нам только Сашко Билых местного разлива не хватает! А так, посреди - не восток и не запад. Так что сегодня еще попрыгают эти уроды, как объявлено, большой митинг на площади Ленина (простите, уже Степана Бандеры), затем шествие со знаменами по бульвару Кирова (пардон, с недавних пор, Гетмана Козолупа - кто это такой, пес разберет, вроде сподвижник то ли Мазепы, то ли Петлюры). С этими переименованиями, сдохнуть можно - услышав адрес, приходится срочно вспоминать, а как это по-советски называлось? И таблички еще полбеды, теперь ведь строжайше приказано, всю документацию исключительно на украинском - раньше на бумаги, по-русски написанные, как-то сквозь пальцы смотрели, население-то почти сплошь русскоязычное, заявление или свидетельские показания на мове и не всякий-то написать может! Судя по исполнению другой инструкции, все служебные разговоры на ней же - и сам майор Кобыла, инструктируя личный состав, теперь, белея в натуге и потея, выдавливает из себя наполовину язык Шевченко, наполовину русские матюги с междометиями "это", "как бы" и тому подобное. Рассказывали, что в соседнем, Шестнадцатом отделе, что на набережной, вообще додумались какого-то мазурика нанять, чтоб он им все документы перевел на положенную мову - ну он и воспользовался, в каких-то следственных делах исправив "видел, подтверждаю, было так" на "не видел, не знаю, не было". Или же, из казенного учреждения иногда такая бумага придет, написанная на должном языке, что в другом казенном учреждении разобрать не могут, звонят и спрашивают, а как это по-русски?
Так что разобрать, что там орут с трибуны эти патриотичные, Митяй мог с трудом, да его это особенно и не интересовало. Наше дело маленькое, в оцеплении стоять, никого не трогая, столб изображать, для порядка. У нас тут не какой-нибудь Харьков, или, упаси боже, Луганск, нет здесь этой, "оппозиции", всяких там губаревых, чтоб беспорядки нарушали. Счас проорутся, попрыгают, разойдутся - и еще день прошел, и смена, скоро и домой! Верка борщ должна сварить, хоть какое удовольствие! Затем как обычно, вместе телеящик смотреть, ну а после, когда Степку, спиногрыза десятилетнего, спать уложим... Если нет на горизонте голливудской кинодивы, а с шалавами связываться, себе дороже, после того как в прошлом году триппер лечил!
И тут шагах в тридцати возникло какое-то движение. Шум, крики, сине-желтые туда метнулись. Опять затесавшегося "колорада", или просто подозрительного обнаружили? Ну их нафиг, сами разберутся, лучше не лезть! И тут выстрелы, один, второй! И дикий рев толпы - бьют кого-то, и похоже, ногами. Надо валить, и подальше, а то спросят еще? Но ожила рация.
-Двадцать третий, что там у тебя за бардак? Разберись!
Надо глянуть - хотя бы чтобы доложить, что было. У машины, голубой "шкоды-октавии", корчатся на земле двое, осыпаемые ударами - хотя многочисленность нападавших скорее им мешает. И тело на асфальте, с кровью, не шевелится - похоже, жмур, и с сине-желтой повязкой. А рядом второй, что-то орет, и окровавленной рукой размахивает. Эй, что тут такое?
-Колорадов поймали! - щерится в ответ здоровенный детина в кожанке - стрелять начали, первыми, москальские жиды! Тимоху вон, ранило, а хлопчика из Львова, имя не помню, кажись, насмерть! Вон у них в тачке, наша ленточка к зеркалу привязана, а колорадские на виду лежат, целой стопкой!
И тут Митяй понял, это его шанс! Поймать, ухватить за хвост птицу-удачу! Неделю назад майор Кобыла говорил, что отличившихся могут в Америку послать, на стажировку и обучение - и глаза у него были маслом, себя на Манхеттене видел, карьерист! А дулю не хочешь - за поимку русских шпионов, кого наградить должны, по справедливости?
-А ну назад! Назад, кому говорю!
Ревел медведем. Страшно было очень - а вдруг решат, что он за этих вступается, тогда по асфальту размажут. Но стать как американский коп, хотелось больше - и понимал Митяй, что другого такого шанса у него может быть и в жизни не будет! Двое побитых приподнялись, что-то лопотать пытаются - не слушая, дубинкой с размаху, по роже, наискось! Чтоб все видели - он, старший лейтенант доблестной украинской милиции Дмитрий Пащенко, вовсе не с этими, а совсем наоборот! И сапогом в живот, и кулаком в морду - а рядом аплодируют, и кажется даже, на мобилы снимают! Двое сержантиков подбегают, еще кто-то из своих, Ментов - ну вот, берут эту парочку, и тащат к автозаку. Пистолет под машину запнули, достать - а ствол боевой, не травмат, это серьезно! И ленты колорадские в карман, улика - благо, в машине уже стекла успели разбить, лишь руку просунуть. Эй, ты - здесь остаешься, караулить место преступления! А я этих гавриков сейчас доставлю и оформлю! Что? Ах, да, конечно, скорую для раненого!
Да, и надо у этих личности установить. В фургон-автозак уже запихнули, ну что, москали, попались? Документики попрошу, если есть!
И тут один, мордатый, откромленный, достает пачку долларов! И внаглую предлагает ему, честному украинскому менту - ясно, за то, чтобы этих двоих отпустить! На вид пачка внушительная - но американская Полицейская Академия дороже! Ну а доллары, отчего же не взять, коль дают, в карман - и кулаком в рыло, попался, так сиди! Вот подфартило-то! Тут на хорошую иномарку хватит, "мерс" купить, или "бумер"?
В отделе Митяю больше всего хотелось уединиться, чтобы сосчитать, сколько же ему досталось! Потому, устно доложив о задержанных, он хотел нырнуть в туалет - но майор приказал подробный рапорт написать, и опять на этой проклятой мове, обязательно, раз дело политическое, эту бумагу на самом верху могут потребовать! Господи, целых полчаса изощрялся, вспоминая и выспрашивая у коллег, как это по-украински! Наконец поставил последнюю точку, подпись и дату, и с чувством исполненного долга вышел в коридор. А там... Вот счастье-то!
Холеный господин в строгом костюме - американский консул. Двое крепких короткостриженых парней - тоже янки, из посольства. И свои, сам начальник городской СБУ, и генерал, начальник ГУВД, и свита, и того, и другого! Неужели сейчас ему, старлею Пащенко, приглашение в Полицейскую Академию вручат? И вернется он из США крутым копом, и будет к майору Кобыле дверь ногой открывать, а если тот вякнет, ответит как Чак Норрис своему начальству! Или удастся там, в Штатах и остаться, и чтоб дом в пригороде, шикарная тачка, и модель в жены, чтобы ноги от ушей? Вот счастье-то!
И тут тренькнуло звоночком. Двое задержанных тоже были тут - и держались со всей высокой компанией, как со своими! Мордатый, увидев Митяя, усмехнулся очень нехорошо, подошел, протянул руку.
-Мои деньги. Отдал. Быстро.
-Отдай - посоветовал майор Кобыла - ой, попал же ты, дурачок! Ой, попал!
Митяй ничего не понял, но деньги из кармана достал и вернул. Чутье не говорило, а прямо кричало ему, что лучше не спорить. Мордатый взял, пересчитал, еще раз усмехнулся, пряча наличность - а затем коротко, без замаха, ударил Митяя под дых. И двумя руками по ушам, и лицом об колено - а когда Пащенко упал, мордатый стал месить его ногами, с чувством и старанием. И, в завершение, расстегнув джинсы, справил на Митяя малую нужду, стараясь попасть в лицо. И никто не вмешивался в этот беспредел, избиение милиционера прямо в участке, в присутствии начальства, как непосредственного, в лице майора Кобылы, так и самого высокого - и коллеги тоже все смотрели, ничего не говоря!
Мордатый оглядел стонущего Митяя, решил что довольно. Обернулся, сказал что-то своим, не по-нашему! И вместе со всеми высокими гостями направился на выход.
-Ну ты и дурак! - сказал майор, когда за публикой закрылась дверь - эти, кого ты притащил, америкосы! Госдеп, или ЦРУ, пес их знает. А тот, толстомордый - еще и чей-то там сынок. Ты бога моли, чтобы он удовлетворился твоей битой рожей, в суд на тебя не подал! В свой суд, кретинос - и будешь тогда еще и в штатовской тюрьме двадцать лет сидеть! Или за моральный ущерб - да всего твоего имущества не хватит, чтобы расплатиться! Ну что бы стоило тебе деньги взять - кстати, сколько там было?
-Не знаю - ответил Митяй - даже сосчитать не успел.
-На вид, больше чем твоя годовая зарплата - произнес майор - и людям бы помог выпутаться, раз по глупости попали. У них ленточки были, это на случай, если к москалям попадут, чтобы своими притвориться - ума не хватило, на виду не держать! Им бы помог - может, и они бы тебя не забыли. Я ведь про стажировку в Америке не врал, мне в ГУВД говорили, есть такая программа.
Митяю хотелось взвыть. Выходит, он сам, своими руками, зарубил свою мечту?
-Козлы они, по большому счету - ухмыльнулся майор - они тут по-своему трепались, консул ихний тоже выговаривал, это надо мозгов не иметь, чтобы в толпе правосеков показать не ту ленточку! Не знали, что я тоже по ихнему разобрать могу. Так они что-то про туземцев балакали, "та или эта порода, какая разница"? Мы для них, все равно что дикие негритосы. Этот, который тебя, на инструкцию ссылался, "если вас окружила толпа жестоких дикарей, надо пристрелить одного-двух, чтобы остальные испугались и убежали". Так что, между нами, правильно ты этим врезал - но я тебе этого не говорил. И сам понимаешь, если на тебя наедут по-крупному - я тебя отмазать не смогу. Так что подумай, лучше тебе из города исчезнуть. А пока - умойся, и домой иди, великомученик, на сегодня хватит с тебя!
Битой мордой не ограничилось - болели отбитые почки, и что-то в животе. Майор расщедрился еще - и ребята из патрульно-постовой подвезли Митяя до дома. Взяв в ларьке бутылку водки, Пащенко кое-как вполз к себе на пятый этаж. Было больно - но еще гаже было на душе. Мечта рассыпалась хрустальными брызгами - мало того, вся жизнь грозила пойти под откос! Если американец не забудет - а они ведь любят, по судам?
Верка охнула, и захлопотала вокруг. А Степка невинно спросил:
-Пап, это тебе дружки сепаратистов отомстили, которых ты арестовывал? Ролик уже в ютубе, пятьдесят тысяч просмотров! Как ты их, тыдысь, тыдысь, сапогом в морду!
Митяй лишь рявкнул зло - уйди, не до тебя! После, на кухне, наливая водку в стакан, рассказал жене, как было. Выпил, налил еще - если не полная дура, то не будет возражать. Мужу нервы успокоить надо!
Верка завыла - ой, беда! Ну что тебе стоило, деньги взяв, тех отпустить? Ну в кого ты такой уродился - вон, у Ксанки что под нами живет, муж умный, и дом полная чаша - а ты у меня, ну такой дурак!
-Молчать! - стукнул кулаком по столу Митяй - я ж думал, что они колорады! И долг мой велел...
-Да какая тебе разница? - еще громче завыла Верка - москали, или за ридну самостийну? Они ж деньги тебе давали! И неизвестно еще, кто нам больше друг - вон, сам говоришь, американцы твои нас за людей не считают! А у меня сестра в Ростове, нормально с русским живет. Ох, горе ты мое, и в кого ты дурной такой?!
Выпитая натощак водка кружила голову. А жалость жены казалась не только неуместной, но и прямо оскорбительной.
-К измене меня склоняешь? - заорал Митяй, найдя повод для недовольства - чтобы я, если завтра ко мне настоящие москальские шпионы, их отпустил? А может, ты сама тайная колорадка?
И с размаху ударил жену кулаком в лицо. Верка охнула, и скатилась с табуретки на пол. Пыталась подняться - но Митяй пнул ее ногой в живот. Сразу стало легче - что есть кто-то еще слабее, на ком можно сорвать злость и обиду, пусть не на Верку, но на всю несправедливую жизнь, отколовшую такой номер. Хотя и на Верку тоже - ну отчего ты не фотомодель, не какая-нибудь дженифер лопес? Знала бы, как надоело мне твое постоянное нытье! Ударил еще, и еще, стараясь чтобы побольнее. Степка вбежал, с криком, не бей маму, вцепился, пытался мешать - Митяй зло отшвырнул пацана, тот ударился головой о стену, сполз вниз.
Верка тихо стонала. Ничего, бабы, они живучие, как кошки. А со Степкой нехорошо вышло - но сам виноват, нечего отцу под горячую руку лезть! Митяй налил, что осталось в бутылке, выпил залпом. Если не оклемаются через пяток минут, надо скорую вызвать, семья все-таки, близкие люди? А если... так скажу, что они колорадские разговоры вели, и меня к измене склоняли, вот я и осердчал! Если под эту лавочку милицию на улице безнаказанно бить можно - то бабу дома, тем более!
-Совки поганые - сказал Митяй - верно, что цивилизованные люди нас за дикарей считают! За всю совковость, что от москалей. Пока мы москалям своими будем - не примут нас в Европу. Но мы будем стараться! Пусть в нас плюют - стерпим. А те, нас назад в свою азиатчину тянут - а мы им по мордам! Слава Украине!
Ништяк, прорвемся!
|
|
пиндосам вместо печенек нужно было смирительные рубашки пациентам раздавать... 
